Бизнес & Проекты

Пересмотра итогов приватизации в Таджикистане...
В.Касымбекова: требуют прокуратура и оппозиция
16.04.08

Генеральный прокурор Таджикистана Бободжон Бобохонов, отчитываясь в марте перед депутатами верхней палаты парламента о работе, проделанной его ведомством в 2007 году, сделал акцент на правонарушениях, совершенных в процессе приватизации госимущества и распределения земли.

Генпрокурор выразил озабоченность фактами незаконной приватизации ряда предприятий, которые либо вовсе не функционируют, либо работают не на полную мощность. Между тем, по его словам, органы статистики, завышая отчетность, отмечают такие объекты в числе работающих.

Обратив особое внимание на соблюдение законодательства в области земли, Б.Бобохонов отметил, что в этой сфере была проведена 341 проверка, за различные нарушения к дисциплинарной и административной ответственности было привлечено более полутора тысяч человек, а в отношении 85 были возбуждены уголовные дела. Он привел также конкретные факты незаконного распределения земли в качестве приусадебных участков.

Судя по сообщениям СМИ, подобная работа Генпрокуратуры активно продолжается и в текущем году; появилось множество сообщений об аннулировании незаконных решений по распределению земель: в Согде (на севере) с начала года их было 39, в Хатлоне (на юге) – 68. И это на фоне того, что Высший экономический суд Таджикистана уже много лет завален спорами о земельных участках, происходящими во всех регионах страны.

В конце марта, на очередном заседании правительства, в числе других вопросов, был заслушан и отчет агентства по землеустройству, геодезии и картографии об имеющихся землях и их распределении по видам землепользователей.

Одновременно началась конфискация имущества Гаффора Мирзоева, бывшего в годы гражданской войны полевым командиром, затем генерал-лейтенантом, командующим президентской гвардией, директором агентства по контролю за наркотиками (АКН). Он был арестован в 2004 году по обвинению в попытке организации государственного переворота, и приговорен судом к пожизненному заключению.

Комбинат хлебопродуктов и личный особняк в Кулябе (административный центр Хатлонской области), казино "Джоми Джамшед" в Душанбе, сельскохозяйственные земли и техника, виноградники, скот и многое другое сейчас передаются на баланс местных властей или госорганизаций.

Уже в ходе следствия, в августе 2005 года, в прессе появилась подробная информация о том, что все имущество Г.Мирзоева было приватизировано с большими нарушениями. Среди них назывались значительное, почти в три раза, занижение и без того малой стоимости объектов, задержка более чем на полгода оплаты за приватизируемые объекты и одновременно "досрочное", до проведения аукциона, оформление покупки. Так, престижный двухэтажный ресторан "Фарогат" в центральном парке столицы был приобретен на имя брата Г.Мирзоева в 1998 году всего за $60 тысяч, а 25%-ый пакет акций крупнейшего в стране Мясоконсервного комбината, оцененный в $72 тысячи — лишь за $25 тысяч. Причем оплата была произведена не в течение месяца, как это предписано законом, а спустя 2 года.

Даже дилетанту ясно, что эти суммы чрезвычайно малы для оценки Мясокомбината, с его огромными цехами, сложнейшими поточными линиями, дорогостоящим оборудованием, подсобными помещениями и территорией в несколько гектаров. Но общественность не заблуждается насчет того, что подобные правонарушения совершались только Мирзоевым. Скорее наоборот, люди уверены, что богатые и влиятельные люди не считают должным придерживаться буквы закона. Сотрудник Госкомимущества на условиях анонимности сообщил, что Мясоконсервный комбинат вскоре был продан повторно, причем за те же $25 тысяч, несмотря на то, что бывшим владельцем была произведена установка оборудования на сумму около $100 тысяч. Имя нового владельца он не рискнул назвать.

Около трех лет в Высшем экономическом суде Таджикистана тянулся судебный процесс вокруг приватизации ранее весьма прибыльного винзавода, ныне АООТ "Май" Гиссарского района. Его работники, получившие по одной акции родного предприятия, владели в общей сложности 30%-ным пакетом. Попытка руководства завода приобрести 50%-ный пакет, несмотря на своевременную подачу заявки и оформление прочих формальностей, не удалась. По утверждению бывшего генерального директора АООТ "Май" Сунатулло Махкамова, их просто обманули в Госкомитете, объявив о переносе дня проведения торгов. На самом деле контрольный пакет продали намного ранее объявленных торгов, с многочисленными нарушениями, и всего за $15 тысяч, на которые тогда можно было приобрести лишь однокомнатную квартиру. Но не завод, где установлено несколько десятков емкостей для хранения вина стоимостью около $2 тыс. каждая, а также административное и производственное здания, склады, запасы виноматериалов и многое другое.

Новый владелец, будучи далеким от искусства виноделия, уволил всех специалистов, вырубил и распродал многолетние деревья с территории завода, демонтировал оборудование. Завод был почти разрушен, а его технологи и виноделы стали такими же мигрантами, как и другие их земляки. К тому же он отсудил еще 20% акций, приобретенных ранее Сунатулло Махкамовым. Такая схема приватизации является самым обычной, и не является ни для кого секретом.

Между тем руководство Госкомимущества считает, что процесс приватизации прошел успешно, рапортуя о перевыполнении плана по числу проданных объектов. Этому ведомству на приватизацию выделялись средства правительством страны и гранты технической помощи международных финансовых институтов. Приватизация должна была проводиться ударными темпами — на каждый год было запланировано определенное количество объектов, которые обязательно должны быть приватизированы. По данным Госкомимущества, к настоящему времени приватизировано около 430 крупных и средних предприятий и около 10 тысяч мелких объектов. Общая сумма прибыли от приватизации – около 26 млн. сомони (около $8 млн.). Для сравнения, внешний долг Таджикистана в настоящее время составляет около $1 млрд.

Совсем другое мнение складывается у предпринимателей страны. Газета "Бизнесмен" проводила опрос, интересуясь мнением деловых людей о приватизации. 93% ответили, что относятся к ней критически. По их мнению, подавляющая часть приватизированных заводов и предприятий, приобретенных по бросовым ценам, затем были просто ликвидированы, так как распродажа станков, запасов сырья, зданий и сооружений многократно окупала затраты на его приобретение.

По существу, рядовые граждане в приватизации, проводимой сколь спешно, столь и скрытно, практически не участвовали. В отличие от российских ваучеров, которые всем гражданам, пусть на малую сумму, но все же предоставляли право на долю общегосударственной собственности, в Таджикистане приватизационные чеки выдавались только на сумму невыплаченной с 1994 по 1995 годы зарплаты. В Таджикистане в то время были в обращении российские рубли, наличности которых катастрофически не хватало и все возможные выплаты производились перечислением безналичных денег. Так называемые "именные приватизационные чеки" были введены в 1996 году, выдавались лишь тем, кто работал в тот период, и действительны были лишь до 1997 года.

Народу, ошеломленному нежданной гражданской войной, никто не объяснил, почему чеки выдаются на столь малый календарный срок, и почему зарплата, полученная в суверенном Таджикистане всего за два года, определяет его долю собственности мощного советского комплекса, созданного в течение полувека трудом нескольких поколений. Впрочем, вскоре всем стало ясно, что все проделанное - просто видимость создания равных условий на старте приватизации.

Ведь накануне выдачи чеков была произведена так называемая конверсия российских денег в рублы (именно так, без мягкого знака, называлась первая национальная валюта Таджикистана), и не выданные суммы зарплаты пересчитывались, то есть уменьшались в 1400 раз. После конверсии от невыплаченных за 2 года зарплат остался такой мизер, что большинство людей даже не стали получать приватизационный чек.

Население Таджикистана было лишено сбережений советских лет, а в воюющей стране заработать не то что капиталы, даже на пропитание, было невозможно. На фоне внезапно обнищавших граждан Таджикистана, составляющих подавляющее большинство, неизвестно откуда появившиеся нувориши скупали за бесценок предприятия и поступали с ними по своему усмотрению. Реализация объектов проводилась по ценам 2002 года, а если объект не продавался, то цены снижались до уровня 1998 года. Или даже до размера гарантийного взноса, величина которого — 1000 долларов. Но и эти мягкие условия, были еще более "смягчены" для людей, имеющих реальную власть и деньги.

Именно об этом напомнил недавно в интервью местной газете лидер Социал-демократической партии Таджикистана Рахматилло Зойиров, заявив: "Под видом приватизации в стране произошло разбазаривание народной собственности. Кучка людей, приближенных к власти, которые составляют не более 2% населения, приватизировав за ничтожные суммы недвижимость, получают миллионные доходы".

С этим согласны лидеры и других оппозиционных политических партий. В заявлении трех оппозиционных партий – Демократической, Социалистической и Социал-демократической, распространенном 14 марта, также сказано: "В результате проведенной, грабительской по своей по своей сущности, приватизации, были парализованы все основные сферы жизнеобеспечения общества и государства. В стране в полную мощность не работает ни одно предприятие, сельское хозяйство на грани развала".

Там же содержится предложение о пересмотре результатов приватизации госсобственности и возвращении государству приватизированных предприятий, использующихся не по назначению, также объявить о банкротстве убыточных предприятий.

Почти одновременные заявления силовых структур и лидеров оппозиции о необходимости пересмотра результатов приватизации, а также рассмотрение вопроса о земле на заседании правительства не может быть случайностью. В маленькой стране, где неизвестно откуда, появились люди с огромными состояниями и неуемной жаждой приобретательства, неизбежна борьба за перераспределение собственности на землю, предприятия и недра.

Между тем процесс приватизации, длящийся почти 15 лет, закончен. В настоящее время, в соответствии с заключительным, Стратегическим планом приватизации, принятым правительством страны в 2003 году, реализуются последние этапы приватизации. В их ходе должны быть подготовлены индивидуальные проекты по субъектам монополий и особо крупным предприятиям. Последние 67 предприятий, такие, как крупнейший в Центральной Азии Таджикский алюминиевый завод, Таджикская железная дорога, Таджикские авиалинии, Таджикнефть, Энергокампания "Барки Тоджик", электростанции и многое другое, должны быть также проданы частным лицам.

При этом все сознают, что борьба за эти прибыльные гиганты разгорится между таджикскими миллионерами, а рядовым жителям страны это принесет лишь очередное повышение цен на транспорт, потребление ресурсов и многое другое.
Валентина Касымбекова,
Voice of Freedom, Душанбе, Таджикистан
9 апреля, 2008



Новости ЦентрАзии

ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ:
 Президент & Семья
 Правительство & Кадры
 Слухи & Скандалы
 Партии & Оппозиция
 Бизнес & Проекты
 СМИ & НПО
 Общество & Культура
 Геополитика & Война
 Соседи & Союзники
РЕКЛАМА:
ССЫЛКИ:


Президент Таджикистана
Минфин Таджикистана
МИД Таджикистана
МВД Таджикистана
Нацбанк Таджикистана
Госкомстат Таджикистана
Торгово-Промышленная Палата
ASIA-Plus
AVESTA
Радио ОЗОДИ
НИАТ "Ховар"
НАНСМИТ
ЦентрАзия
Новости Казахстана



Copyright 2016 © Ariana | Контакты
Рейтинг@Mail.ru Таджикистан